- Информация. Проверенная.
- А зачем нашим читателям такая информация?
- Все-таки недостача. На полмиллиона юнитов. По-моему, заслуживает внимания.
- По-вашему, заслуживает. А некоторые думают иначе. Я вчера разговаривал с самим товарищем Джокером, - Уиндрип закатил глаза, произнося фамилию секретаря по идеологии, - и он меня спросил: "Какие выводы должен сделать трудящийся из этой заметки?" А я не знал, что ответить...
У Кларка похолодело в животе, но он решил не сдаваться. Самое лучшее - прикинуться идиотом.
- По-моему, вывод самый простой. У Готэнерго в кассе недостает пятисот тысяч юнитов.
- Значит, там орудует банда вредителей?
- Не знаю. Пока что ими фининспекция занимается.
- А почему вы протаскиваете это в печать до того как инспекция закончила работу?
- Но факт недостачи установлен...
- Этого мало. Пусть товарищи из фининспекции занимаются своим делом. Проверят. Перепроверят. Если все сойдется, Готэнерго займутся другие... более компетентные органы. И доложат народу обо всем. А спешить с таким материалом не надо. Это не по-нашему, не по-рабочему. Это, товарищ Кент, в духе буржуазной прессы, от гнилого наследия которой вы никак не можете избавиться.
- Я же прошел политаттестацию...
- Все прошли. Но пережитки прошлого из вас еще выбивать и выбивать. Посмотрите лучше, как работает ваша бывшая сослуживица, товарищ Лейн! Какие жизнеутверждающие репортажи присылает она с Боулдерстроя! А вы? Вот вы сами подумайте: пришел трудящийся с работы, развернул газету, а там - недостача в полмиллиона. И никаких выводов. Никакой идеологической оценки. Что он подумает? Подумает, что ворам и двурушникам у нас вольготно жить, как при старом режиме! И проснутся у него вредные и опасные иллюзии насчет того, что можно где-то что-то украсть и устроить себе капиталистический рай в отдельно взятой квартире! А такие иллюзии мы должны не поддерживать, а вырывать с корнем!
- Я понял, товарищ Уиндрип.
- Я еще посмотрю, как вы меня поняли, - в голосе главного звучала угроза. - Над чем сейчас работаете?
- Пишу о подготовке к Спартакиаде...
- То-то же. Пишите, Кент, пишите. Вы свободны.
- Слава труду!
Кларк поспешил назад, но проход перегородила секретарша.
- Товарищ Кент, на вас из хозчасти жаловались.
- По какому поводу?
- Перерасход бумаги, третий месяц подряд. Говорят, что вообще перестанут вам бумагу выдавать.
- А на чем я работать буду? И кто эти нормы устаналивал, интересно?
- Как - кто? НОТ, естественно. Науч-ная орга-ни-зация тру-да!
- Слава труду! Но если мне материал перепечатать надо?
- Печатайте на оборотной стороне!
- Но это же...
- Ничего, ничего. Как будто вас при капитализме к экономии не приучали, честное слово!
Кларк сел за машинку и с остервенением печатал, пока не прозвенел колокол. 10 часов утра. Можно выйти на перекур.
Курил он на запасной лестнице, под небрежно закрашенной эмблемой "Дейли планет", подальше от молодежи. И поближе к узкому окну, из которого открывался вид на соседний небоскреб. По фасаду небоскреба полз мойщик окон в желтом жилете Готкоммунхоза. Кларк знал, что это Спайдермен. Хорошее прикрытие он себе нашел, на свежем воздухе, и начальство за ним не поползет!
"Курильщики всегда и везде отдают предпочтение "Красной звезде!" Хороша реклама, только старые добрые "Лаки страйк" были куда лучше этой трухи. Кларк затянулся, сдержал приступ кашля и вспомнил Лоис. Ее ласковый взгляд из-под длинных ресниц. На кого она так смотрит сейчас, в разгар ударной стройки?

Спайдермен успел проползти на полтора этажа вверх, а Кларк все курил. От дыма першило в горле. Голова болела - последствия вчерашнего визита Бэтмена. Брюс не прилетел, а приехал на лифте. Притащил бутылку "Вина ячменного номер 76" - между собой они называли этот напиток "Революционным виски". И впервые за все эти годы горько жаловался на жизнь. Трудно было поверить, что этого рано постаревшего человека когда-то считали самым завидным женихом в Готэме - теперь на него ни одна нормальная женщина бы не взглянула. Реквизиция и уплотнение могут кого угодно сломать, но мистера Уэйна погубила неопределенность. Он больше не знал, с кем воевать. Особенно после того как Джокер возглавил идеологический отдел. Кларку нечего было ответить на жалобы друга. Он не знал, как сам не сошел с ума в городе, где председателем исполкома работает Лекс Лутор. Но он должен был защищать этот город и ради этого продолжал жить.
Сигарета жгла пальцы. Супермен так глубоко погрузился в свои невеселые мысли, что не сразу заметил опасность. Черные лучи, внутри которых клубилось что-то серое и мерзкое, почти достигли земли. Снизу доносился вой собак. Потом закричали дети...
Готэмшвеевский серый костюмчик отправился в ящик с пожарным краном. Блестящий синий комбинезон по-прежнему плотно облегал тело. Оконная рама со скрипом поехала вниз и сверхчеловек вылетел на волю. Пришло время спасать Готэм. Снова спасать, кто бы им ни правил...